В одном из фем-сообществ под постом о порноактрисе, которая родила ребенка после сексуального эксперимента с 400 мужчинами, у меня развернулась дискуссия с несколькими оппонентами.
Оговорюсь сразу: я не против феминизма и не пишу это с целью его «отмены». Наоборот. Я хочу защитить его завоевания, важные как для женщин, так и для мужчин. Перегибы, дискредитирующие феминизм, наподобие того, о котором пойдет речь ниже, играют на руку консерваторам. И это может быть опасно.
Предыстория
Началось все с простого тезиса: тело героини поста — ее дело.
Она взрослый человек. Сама принимает решения относительно собственной жизни и здоровья и связанные с ними риски.
Тут мне бросились объяснять, что никакой самостоятельности здесь на самом деле нет, что порноиндустрия — это эксплуатация женского тела. Что женщины, работающие в этой сфере, в огромном количестве случаев пережили сексуализированное или физическое насилие в детстве. Что у них могут быть ПТСР, диссоциация, повторение травмы и прочие психологические проблемы, которые и обусловливают их действия.
В подтверждение ссылались на некие статистические данные без указания источника.
Экстраполяция догмы
Я не оспариваю, однако, ни эту статистику, ни эти явления.
Суть не в этом. Суть в другом: какое отношение все эти цифры имеют к данной конкретной женщине?
Мы не знаем ее биографии. Не знаем, что привело ее в индустрию. Не знаем, подвергалась ли она насилию в детстве. Не знаем, есть ли у нее психологические проблемы. Не знаем, как она сама оценивает свой опыт.
А некоторые люди почему-то заранее знают. Они просто берут статистику по группе и переносят ее на конкретного человека.
Статистическая вероятность превращается в индивидуальный анамнез.
Героиня поста якобы не осознает, что ее эксплуатируют. Она повторяет травму. Она диссоциирует. Она не способна адекватно оценивать происходящее. Она считает себя свободной, но на самом деле является жертвой.
Но откуда им это известно?
Ниоткуда. Из теории. Системный анализ же-с. Статистика-с.
Это я называю экстраполяцией догмы.
Но предположим, они правы
И что дальше?
Кто сказал, что она нуждается в чужих советах? Что хочет что-то менять? Что вообще считает свое состояние и поведение проблемой?
А теперь представим шахтера…
Работа тяжелая, опасная, вредная. Шахтер осведомлен о рисках, получает за это деньги и говорит: «Я сам выбрал эту профессию. Мне нравится моя работа».
И тут ему заявляют: «По статистике среди работников опасных производств высок уровень травматического опыта, экономической уязвимости и психологических проблем. Поэтому ваше утверждение, что вы сами выбрали эту профессию, не означает, что вы действительно ее выбрали».
Он отвечает: «Нет. Я сам решил стать шахтером. Меня все устраивает».
А ему: «Вы просто не осознаете, что происходит. Это типичный механизм отрицания».
Абсурдно? А почему в случае с порноактрисой — нет? Может быть, потому, что она — женщина?
Никто не живет в вакууме
Мне несколько раз повторили: женщины не живут в вакууме, поэтому нельзя рассматривать их как независимо сформировавшихся субъектов.
Еще раз. Представители феминизма (!) считают, что женщин нельзя рассматривать как независимо сформировавшихся субъектов.
Пауза.
С тем, что никто не живет в вакууме, я соглашусь.
Человек рождается в определенной семье, получает определенное воспитание, оказывается в определенной экономической ситуации, формируется под влиянием определенной культуры, общества, отношений и собственного опыта.
При этом он сам проживает свою жизнь. А не кто-то за него!
Да, любой выбор существует внутри множества ограничений. Человек выбирает из того, что жизнь может ему предложить.
Но выбирает!
Субъектность не означает полную свободу от внешних обстоятельств. Она означает, что человек способен принимать решения даже в условиях ограничений, постоянно расширяя границы доступного.
Если любое решение можно объяснить обстоятельствами, то самостоятельного выбора человека не существует в принципе, и субъектность — фикция.
Однако уважаемые феминисты, скорее всего, первыми будут против этого возражать.
А теперь — о порно
У меня к порно в целом нейтральное отношение. Абсолютным злом я его уж точно не считаю.
Порноиндустрия может иметь серьезные проблемы с эксплуатацией. Это можно изучать, обсуждать условия труда, требовать защиты работников, говорить о насилии, принуждении, торговле людьми и нарушении прав.
Но все это не дает никому оснований автоматически объявлять конкретного человека жертвой, объяснять его мотивацию травмой и рассказывать ему, что он на самом деле чувствует.
Кстати, в порноиндустрии заняты и мужчины. Они тоже жертвы? Или субъекты?
«Я знаю лучше»
Одно дело — социальная критика. И совсем другое — присвоение права говорить за другого человека.
Те, кто справедливо возмущаются объективацией женщин, вдруг сами начинают смотреть на конкретную женщину как на объект.
От чего ушли — по всей видимости, недалеко — к тому же и пришли.
«Я знаю, что с тобой происходит, лучше тебя — даже если тебя не знаю».
Знакомо?
Патриархальное «я знаю, как тебе правильно жить, потому что я мужчина» уступает место феминистскому «я знаю, как тебе правильно жить, потому что я лучше понимаю природу и структуру угнетения».
Механизм остается тем же. Меняется лишь тот, кто держит руку на пульте управления.
«Мое тело — мое дело»
А как же базовый принцип феминизма?
Да, традиционно он, прежде всего, связан с борьбой за женскую репродуктивную автономию и правом на аборт.
Но тогда возникает закономерный вопрос: а вне этой ситуации тело женщины перестает быть ее делом?
Если женщина распоряжается своим телом способом, который кажется кому-то неправильным, вредным, опасным или унизительным, автономия внезапно исчезает?
Получается странная формула:
«Мое тело — мое дело. Пока я распоряжаюсь им „правильно“».
Но это уже не автономия.
Формула субъектности
Из этого вытекает другой фундаментальный вопрос: может ли женщина оставаться субъектом, если ее право на выбор признается только если этот выбор «правильный»?
Нет. Если женщина субъектна только тогда, когда делает приемлемый с точки зрения определенной идеологии выбор, то это уже не субъектность.
Это лицензия на выбор, которая выдается за лояльность и «хорошее поведение». Прям как на зоне.
Настоящая субъектность безусловна. Она просто есть. И не нуждается в легитимации.
Я могу считать твой выбор глупым, опасным, безнравственным, саморазрушительным — каким угодно. Но пока я признаю, что это твой выбор, я признаю тебя субъектом.
А вот когда я прибегаю к утверждениям, что человек так решил только по неведению, и на самом деле хочет другого, я перехожу в иную плоскость.
Субъектность не требует, чтобы твой выбор мне нравился. Она требует признать, что выбор принадлежит тебе, чем бы ни был продиктован.
Еще раз, формула субъектности:
Плохой выбор, но твой — субъектность.
Плохой выбор и не твой — ее отсутствие.
А судьи кто?
И вот здесь мне хочется задать моим оппонентам еще один вопрос. Вернее, два вопроса.
Первый. Вы действительно полагаете, что женщина в порноиндустрии не может обладать субъектностью?
Если да — скажите прямо.
Это, по крайней мере, честно. Без теорий и статистических выкладок. Четко и ясно: да, по нашему мнению, существует категория женщин, чью субъектность мы не признаем в силу рода их деятельности.
Второй. Что привело вас в феминизм? Почему именно эти идеи увлекли вас? Какие обстоятельства вашей жизни, воспитание, окружение, культура, личный опыт сформировали ваши убеждения? И не забудьте про патриархальные установки, влияние которых вы так хорошо умеете обнаруживать в других.
Вы ведь тоже не живете в вакууме. Почему, когда речь идет о вашей позиции, мы должны считать, что вы пришли к ней осознанно и самостоятельно?
А когда дело касается выбора другой женщины — особенно, неудобного для вас — вы ищете с фонарями и собаками за ним травму, эксплуатацию, социализацию, экономическое принуждение и неосознанное подчинение системе?
Если социальная обусловленность сама по себе делает выбор человека недостаточно самостоятельным, этот критерий должен работать для всех. Включая вас.
А если вы все-таки считаете себя субъектом — человеком, способным осознавать свои желания, оценивать обстоятельства и самостоятельно выбирать — тогда почему отказываете в этом другой женщине?
История умалчивает.